 |
 |
 |  | Женщина подошла вплотную к гаражу и стала расстегивать джинсы. Почти одновременно она присела, и спустила синие джинсы вниз, а вместе с ними и трусики, которые у нее тоже были синими. В это же мгновенье я услышал, как об землю глухо ударилась ее жгучая струя. Она пИсала, иногда поглядывая в стороны, как будто чувствуя, что кто-то смотрит на нее. По мере писания женщина шире раздвинула ноги, но так как она сидела в профиль ко мне, то я видел лишь желтую струю и ее плотные бедра, с которых пару минут назад слетела одежда. Она придерживала трусики рукой, но, кажется, туда все же попало несколько капель, потому что она недовольно поморщилась, когда натягивала их обратно. |  |  |
|
 |
 |
 |  | Гомэра к его стыду очень возбудила картина сына жестко сношающего в задницу какую то тётку, так как голос явно принадлежал даме за сорок, и он только и мог что натирать свой вставший член, который был хоть и несколько короче чем у сына но и немного толще, надеясь разглядеть лицо дамы когда они сменят позу, Ждать пришлось достаточно долго что бы некончавший почти месяц мужик нацыпочках сходил обратно в ванную где без помех разрядился и вернулся к на позицию к двери спальни, где посмотрев на начавших яростно сношаться почувствовал что у него опять встаёт чего не случалось без малого пять лет и на почве этого он пару раз сорился с Мардж которую не всегда удавалось удовлетворить за один подход. Наконец его терпение было вознаграждено Барт видимо устав с некоторым трудом вытащил распухший член из женского ануса и лег на спину, при этом его член и не думал опадать, дама секунд пятнадцать оставалась в прежней позе и в чувство её смог привести только толчок в плечо и пара слов Барта которые он сказал шепотом. |  |  |
|
 |
 |
 |  | - Пошли за мной, но не забудь про пробку, в своём анусе. Тебя многие захотят, так что не подставляй узкую дырку. - Они пошли гулять по улицам, которые были полны деревьями, теплом, и горячими телами. Они шли босиком, по песку, довольно тихо. Яся подкралась к одному мальчику, у которого были длынные волосы, макияж, как у девочки, и приятный, ровный загар, после чего, схватила его за яички: |  |  |
|
 |
 |
 |  | Она легла на мою полку и пригласила мой язычок в свою киску. Мой нос втянулзапах её мыла, оно пахло дыней. Я уперлась одим коленом о кровать, чтобы нетерять равновесие. Он ввел в меня два пальца. Я вся дрожал и сжимала его пальцыв такт, а он медлил. Я опомнилась и нащупала кончиком языка её клитор. Тогда она разрешила ему и онвошел. Вошел по настоящему. И начал ритмичные толчки. Он входил почти на всюдлину. Он не был так возбужден сегодня ночью с ней, как сейчас. Она ревновала идрала мне волосы. Я чувствовала, что к её сокам примешались мои слезы. Я жаднозаглатывала каждый его толчок и мои губы тянулись за его головкой, когда онподавался назад. Позже он увидел мое лицо. Его глаза блеснули... Но спорить с ней он не мог. Ине заступился... |  |  |
|
|
Рассказ №18993
Название:
Автор:
Категории: ,
Dата опубликования: Четверг, 26/01/2017
Прочитано раз: 11275 (за неделю: 2)
Рейтинг: 55% (за неделю: 0%)
Цитата: "Кошка оскалилась белыми длинными тонкими клыками и зашипела. Он встала на все четыре лапы и выгнула свою дугой спину и шерсть на ее теле встала дыбом. Она потянулась вперед и ее лапы оторвались в прыжке от стола Гальпериной и она, пролетев несколько метров до самой входной двери из кабинета Регины Олеговны, вцепилась в нее, прямо в лицо заместителя главного врача клиники вырывая Гальпериной глаза...."
Страницы: [ 1 ]
Это случилось очередной, наступившей ночью. В грозу и проливной ливень.
Вся городская психиатрическая клиника имени Ломоносова просто внезапно окончательно сошла с ума. И все что там сейчас происходило, просто потеряло любой контроль.
Прямо посреди ночи, больницу всю тряхнуло несколько раз, да так что посыпалось все от медицинских инструментов до известки с ее стен и потолков. Будто случилось девятибальное землетрясение.
Стены больницы закачались вместе с ее люстрами на потолках. Все это сопровождалось необъяснимыми громкими скрежещущими и прочими гулкими звуками. И казалось, наступил настоящий здесь конец света. Именно этой ночью и именно здесь. Посыпалась даже посуда с полок в ее столовой со звоном металлических кастрюль и тарелок. И покатились вдоль длинных на этажах коридоров больничные на колесах кресла и кровати каталки.
Все больные клиники, вытаращив свои сумасшедшие, в дикой ярости и охватившем их испуге глаза, внезапно заголосили на всех голосах, и завыли и этот дикий неуправляемый вой вырвался наружу через распахнувшиеся окна и битые стекла.
Больные начали, словно по общей чьей-то команде, все как один, стали бросаться на решетки камер и железные двери, по всем ее этажам разбивая себе головы и ломая кости. И это невозможно было остановить. Весь медперсонал самой клиники, просто напугавшись всего, что там начало твориться разбежался, выскочив кто успел за ее ограду, бросив не успевших унести свои ноги и саму больницу на произвол судьбы. Даже охранявшая ее охрана бросила все под натиском неизведанной и пугающей все вокруг силы.
Дикий необъяснимый ужас поселился этой ночью в ее стенах и за высоким с колючей проволокой забором клиники.
Ее наводнили пришедшие извне некие существа в виде черных теней. Теней заполнивших всю больницу и все ее помещения, сводя и пугая всех безнадежно больных пациентов и нападая на них. Даже двор больницы стал место пиршества черных существ выходящих из самой темноты ночи, обретая внешность и осязаемость.
Врач психотерапевт Гальперина Регина Олеговна, схватив вместе с медсестрой Тоней своих двоих из их палат пациентов Матюшенко и Савину, это всех кого они успели захватить с собой, закрылись в кабинете самой Гальпериной на все замки, какие только были в той двери.
Запиревшись с медсестрой Тоней в своем кабинете тоже на втором этаже больницы и звонила Климовой. Она позвонила в милицию и в службу спасения, нажав тревожные кнопки.
Гальперина обрывала телефон служб спасения и все пыталась дозвониться до своей коллеги Климовой Вероники Георгиевны, но все бесполезно было и то и другое. Телефон просто пикал или в нем стоял такой же истошный рев, как и в самой больнице.
Гальперина просто обрывала телефон Климовой. Она никак не могла до нее дозвониться. Она была в ужасе и звонила прямо из самой клиники.
То, что сейчас с самого утра происходило в самой больнице, невозможно было даже описать.
Вся клиника Ломоносова просто стояла на голове. Разбежалась даже вся охрана и из больницы повыскакивали, кто еще успел спастись медики и санитары.
По всей психиатрической больницы по ее стенам и на полу текла кровь. Стояли истошные крики. Трещала и ломалась по всему зданию мебель и вылетали на улицу окна. Осыпалась краска, падали светильники и люстры, и покрывались трещинами стены, и вообще вся больница ходила ходуном, словно попала в зону девятибалльного землетрясения.
Гальперина повернула голову к зарешеченному окну своего кабинета и увидела на своем столе сидящую черную смотрящую на нее желтыми жуткими большими широко раскрытыми глазищами кошку. Большую, и сидящую на ее разложенных на столе больничных бумагах.
Сестра Тоня тоже туда посмотрела и напугавшись произнесла - Ой мамочка! Кто это?!
Кошка оскалилась белыми длинными тонкими клыками и зашипела. Он встала на все четыре лапы и выгнула свою дугой спину и шерсть на ее теле встала дыбом. Она потянулась вперед и ее лапы оторвались в прыжке от стола Гальпериной и она, пролетев несколько метров до самой входной двери из кабинета Регины Олеговны, вцепилась в нее, прямо в лицо заместителя главного врача клиники вырывая Гальпериной глаза.
Та, вцепилась руками в живого осязаемого призрака, холодного как лед и заорала благим матом.
Сестра Тоня, так напугавшись от дикого ужаса, даже забыла про то, что заперта дверь и за дверью тоже полно всяких теперь ворвавшихся в их больницу инфернальных тварей. Ставших ощутимыми и живыми, вышедшими из черных, прорвавшихся в этот мир живых жутких теней.
Тоня открыла дверь и выскочила в коридор прямо в лапы уродливым лярвам. И ее порвали в клочья прямо здесь же. Она даже не успела вскрикнуть как, была съедена по кускам прямо у дверей кабинета Гальпериной.
Твари ворвались внутрь кабинета и набросились на больных Матюшенко и Савину и все было кончено, как и с самой Гальпериной Региной Олеговной, которая с выдранными глазами и изодранным лицом упала просто на пол своего кабинета и так была высосана двумя присосавшимися женщинами червями. Как и все кто не успел выскочить за ограду самой психиатрической клиники города.
***
Вероника Климова увидела его. Увидела вдруг в своей квартире. И он, появился внезапно, буквально из ничего. И за окнами была уже ночь. И шел проливной с грозою дождь.
Она с визгом заскочила на свою постель в спальне и закрылась одеялом, прижавшись к спинке своей постели.
- Кто, ты?! - прокричала в ужасе от увиденного ей очередного кошмара захватившего ее, и видя черного ночного незваного незнакомца, пришедшего к ней в ее квартиру в черном полуистлевшем на вид балахоне с капюшоном на голове. С белым как известка в глубоких морщинах, похожим на лицо дряхлой с крючковатым носом старухи.
Вероника вскрикнула от очередного испуга и подскочила на своей постели. Она, вытаращив свои карие в ужасе глаза, уставилась на черного в черном длинном балахоне, как у средневекового монаха ночного кошмарного смотрящего на нее желтым светящимся светом глаз пришельца.
- Кто, ты?! - она подавилась комком слюны, еле выдавила из себя. Но крикнуть уже не получилось.
Вероника Климова почувствовала, как ее застучало дикой вибрацией в ее полной женской груди сердце. Там, в самой глубине за точащими от дикого испуга сосками, упало вниз в район ее дергающегося в ужасе от судорог нахлынувшего непередаваемого живого ужаса живота.
- Кто, ты?! - она снова, выдавила из себя, трясясь от охватившего реального теперь перед ней ночного ужаса.
- Это сейчас уже не важно - прозвучал еще раз голос черной стоящей перед Климовой Вероники Георгиевны с белым как беленая стенка в морщинах лицом черной тени. Тени смотрящей на сидящую, на своей женской широкой заднице в одной короткой тельного, как и ее узкие плавки ночнушке любовницу его родного сына Вуаленфура. Прикрывающейся, теперь постельным одеялом. Ангел пристально смотрел на свою очередную жертву своими горящими желтыми глазами - Пора, Вероника.
- Что, пора?! - Вероника еле произнесла, чувствуя, что голоса, просто не было. Было, что-то похожее на скрип в пересохшем сдавленном ее горле. И как ее прошиб ледяной от охватившего ее непередаваемого ужаса пот. Везде, даже промеж ее полных ног. И дрожь охватила лихорадкой ее тело.
- Пора - повторил ей Жнец - Пора уходить, Вероника.
Страницы: [ 1 ]
Читать из этой серии:»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
»
Читать также в данной категории:» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 80%)
» (рейтинг: 89%)
» (рейтинг: 57%)
» (рейтинг: 83%)
» (рейтинг: 85%)
» (рейтинг: 70%)
» (рейтинг: 52%)
» (рейтинг: 0%)
» (рейтинг: 0%)
|